Бизнес

Из стартап-песочницы на глобальный пляж

В глазах венчурных инвесторов Центральная Азия (ЦА) может стать идеальной песочницей для стартап-индустрии.
«Куличики», которые делают местные стартаперы, пройдя апробацию в регионе, обладают хорошим потенциалом для масштабирования на глобальный рынок. О том, что этому способствует в интервью «&» рассказал управляющий партнер MOST Ventures Алим Хамитов.

Алим, как вы оцениваете потенциал развития стартап-экосистемы в ЦА? Какие значимые изменения произошли за последние несколько лет в стартап-среде нашего региона.

Потенциал достаточно высокий. Приведу в качестве примера цифры и тенденции, которые говорят об этом. Сейчас в ЦА существует около 6 тыс. стартапов. Они все на разных стадиях, но в основном на ранних. И это количество с каждым годом увеличивается. Если в 2017-2018 годах мы оценивали рынок венчурного капитала только в Казахстане в 40 млн долларов, то сегодня он оценивается в 200 млн долларов. В ЦА эта цифра может доходить до 500 млн. долларов. Эта сумма покрывает какую-то базовую потребность стартапов в финансировании. И этих денег, безусловно, пока недостаточно. Также развитие стартап-экосистемы в регионе можно проследить не только в количественном коэффициенте, но и в качественном. С каждым годом команды делают более сильные продукты. Также стоит отметить увеличение игроков общей экосистемы (хабы, акселераторы). Мы как MOST создали сообщество из 40-ка экосистемных организаций со всей ЦА. Внутри сообщества идет обмен знаниями, опытом и информацией. Кроме того, высокий потенциал рынка демонстрирует возросшее количество публичных сделок. На днях стало известно, что Тимур Турлов инвестирует в казахстанский стартап Serebra один миллион долларов, ранее Kaspi выкупил Santufei. И такие истории повсеместно происходят в других странах нашего региона. Заходят международные игроки в лице фондов и частных инвесторов. Создание МФЦА тоже послужило дополнительным толчком для экосистем всего региона, потому что центр предоставляет инструменты международного стандарта по инвестированию в стартапы. Это конвертируемые займы, опционы и т.д. Ну и последнее позитивное изменение и доказательство развития рынка — это фонды, которые создаются и заходят на рынок. В Казахстане мы основали MOST Ventures, также благодаря государству зашел сингапурский фонд Quest Ventures. В Узбекистане из локальных игроков можно назвать Uzcard Ventures и Semurg Ventures.
Алим Хамитов
Раньше стартаперы из ЦА, имеющие какой-то успешный опыт за своими плечами, стремились попасть в Кремниевою долину и осесть там. Что-то изменилась на данный момент в понимании местных стартаперов?

Сейчас уже это не главная тенденция. Мир стал глобальным. Стартап может находиться в ЦА, но работать по всему миру. Наши предприниматели хотят выходить на мировые рынки, не меняя при этом своей основной локации. В пример можно привести один из казахстанских стартапов в сфере HR, который с запуска уже имел масштабирование и клиентов из других стран. Тот же стартап KidSecurity проходил одну из программ акселерации у нас и имеет сейчас пользователей в нескольких странах. Есть также тенденция, согласно которой стартапы все же первый трекшн (начальный этап реализации – Ред.) проходят в своих странах, как это сделал Arbuz, а затем выходят на рынки Америки и других стран.

Стоит отметить, что раньше, когда стартап нацеливался на иностранный рынок, то вопрос переезда стоял для всей команды. Однако сейчас часть команды в лице разработчиков остается в стране, а основатель переезжает туда, где хочет выстраивать новые бизнес-процессы.

Что собой представляет Investment Readiness Accelerator (IRA)? В чем его основная идея?

Стоит тут разъяснить, что как бизнес-инкубатор MOST мы проводили ранее акселерационные программы. Но для фонда MOST Ventures — это первый поток, так как мы проводим данный отбор и в своих интересах, чтобы вложиться в перспективные стартапы и презентовать их другим частным инвесторам. Принимая участие в IRA, программах акселерации фонда, стартап получает возможность «упаковать» проект, подготовиться к получению инвестиций через менторство, воркшопы, индивидуальные встречи с профессионалами-практиками, а также «взломать» свой рост (growth hack).

Расскажите об итогах первого потока акселератора? Какие проекты смогли выделиться? На что в первую очередь обращали внимание инвесторы?

500 тыс. долларов были вложены в казахстанские стартапы по итогам программы акселерации. Эти деньги будут инвестированы в несколько стартапов, с которыми сейчас идет стадия подписания соглашений. На начальном этапе мы отобрали из 100 заявок 12 лучших стартапов, которые предоставляют разные продукты и решения для рынка от перевозки детей до программы по отбору персонала. Команды в течение 2,5 месяцев (апрель-июнь 2021) прошли программу IRA, которая позволила им улучшить свои проекты и выступить перед инвесторами и представителями MOST Ventures Fund.

Среди жюри не было отраслевых экспертов, а были реальные инвесторы, которые в первую очередь обращали внимание на команду, ее компетенции и продукт. И, безусловно, они оценивали наличие трекшна, то есть доказательства, что продукт необходим рынку, уже имеются первые пользователи/продажи/регистрации/предоплаты.
В нашем регионе низкая оплата труда в сравнении с другими странами. Это означает, что можно создавать и тестировать на нашем рынке перспективный продукт, а получив результаты уже масштабироваться на другие страны.
Из чего складывается заинтересованность международных венчурных фондов в проектах, разрабатываемых в ЦА?

Международные венчурные фонды понимают, что почти у всех постсоветских стран сильная образовательная база. Инженерные технологии развиты, и это уже продемонстрировали команды и основатели стартапов из России и Украины. С технологической стороны они делают достаточно сильные и конкурентоспособные продукты для мирового рынка. Во-вторых, фонды отчасти заинтересованы в ЦА из-за того, что «вход» в локальные проекты достаточно дешевый. В тех же США проект на уровне идеи может запрашивать млн долларов, понимая развитость рынка, тогда как стартапы из ЦА не завышают чеки, при этом уже имея первый трекшн. В-третьих, в нашем регионе низкая оплата труда в сравнении с другими странами. Это означает, что можно создавать и тестировать на нашем рынке перспективный продукт, а получив результаты уже масштабироваться на другие страны. Ну и последняя причина — это открытые ниши. В ЦА почти все сферы не заняты и их можно бесконечно тестировать и находить лучшие решения и продукты.

Какие преимущества есть у стартаперов в ЦА?

Самое главное преимущество — наши стартапы умеют зарабатывать уже на ранних стадиях. И это всегда удивляет международных инвесторов и фонды, так как они привыкли к тому, что проект может иметь тысячи пользователей, но не генерировать никаких доходов, а развиваться только за счет вливаний со стороны инвесторов. Наши предприниматели в этом плане всегда доказывают успешность своей бизнес-модели уже после запуска.

Есть такая аналогия, когда центрально-азиатские стартапы сравнивают с верблюдами, называя их camel-startups. Сравнение появилось из-за того, что наши стартапы при минимальных ресурсах играют в долгую и достигают своих целей. Как ранее я отмечал, у нас также есть такое преимущество, как технологичность стартапов благодаря инженерным талантам. И нельзя не сказать про культуру взаимопомощи в ЦА, так как все игроки рынка очень открыты к взаимодействию, обмену опытом и поддерживают друг друга.
В рамках нашей работы мы уже объединили 40 хабов, инкубаторов, акселераторов и продолжаем работу в этом направлении.
Какой стратегии придерживаются региональные стартапы?

Региональные стартапы понимают, что рынок B2C маленький, поэтому есть ориентированность на рынки B2B, а именно продажу своих услуг и продуктов стратегам. Это могут быть крупные финансовые институты и корпорации. Мы сейчас говорим о нишевых проектах, которые с точки зрения окупаемости могут показать быстрый результат.

Еще одна тенденция — это то, что стартапы перед масштабированием делают первый трекшн в своей стране, тем самым минимизируя риски того, что проект провалится на мировом рынке. Когда они туда выходят, то уже знают все сильные и слабые стороны своего продукта и нацелены на определенных инвесторов.

Есть какая-то почва для создания коллабораций в стартап-сообществе ЦА?

Да, почва здесь очень благодатная. В рамках нашей работы мы уже объединили 40 хабов, инкубаторов, акселераторов и продолжаем работу в этом направлении. Кроме того, мы открыли локальный клуб бизнес-ангелов, который помогает начинающим предпринимателям понимать, как устроен рынок венчурного капитала и как стать инвестором. Такие клубы мы будем открывать точечно во всех крупных городах ЦА.

Если говорить от лица фонда MOST Ventures, то мы стали соорганизаторами Центрально-Азиатского Венчурного Форума совместно с Uzcard Ventures. В этом году первый форум прошел в Ташкенте. Региональные венчурные инвесторы, фонды, бизнес-ангелы встретились на offline-площадке (также велась прямая трансляция на YouTube) для обсуждения спорных вопросов, новых трендов и стратегических задач для будущего развития индустрии венчура в ЦА и на международных рынках.

Мы слышали о новом проекте Most Hub Almaty, расскажите о планах по его запуску.

Этот проект сейчас находится на стадии строительства, однако уже привлек внимание многих. Это говорит о том, что потребность в таком пространстве очень высокая в Алматы. MOST Hub Almaty — это agile-пространство, офис c панорамным видом на город и горы, сообщество технологичных стартапов и удобный коворкинг. Мы строим хаб для компаний, которые хотят быть в центре событий и взаимодействовать с венчурными фондами, инвесторами и другими сильными игроками рынка. Открытие хаба планируется осенью 2021 года.
Екатерина Корабаева
Автор материала
Оцените наш материал
Поделитесь с друзьями
Читайте также:
Made on
Tilda