По ту сторону

Невидимые звезды мира кино

Когда мы смотрим кино, в особенности популярные экшен-картины, даже представить себе не можем, какая колоссальная работа стоит за трюками, которыми все восхищаются. А все потому, что помимо звезд-актеров есть еще звезды среди каскадеров. Их удел — смотреть в лицо риску, но при этом для зрителей оставаться невидимками.
Мы решили исправить это и побывать в этот раз по ту сторону экрана и жизни каскадеров. А рассказать о ней мы попросили заслуженного деятеля Республики Казахстан, постановщика трюков, каскадера, основателя и руководителя группы каскадеров Nomad Stunts Жайдарбека Кунгужинова, который встретился с нами в преддверии фестиваля творческой молодежи ЖасSTAR.
Досье
Жайдарбек Кунгужинов с 1991 г. работал в Казахском государственном цирке.

В 2000 году известный цирковой артист, конный акробат организовал группу каскадеров Nomad. Толчком для начала работы стали проходившие в то время съемки фильма «Кочевник». Международная съемочная группа искала хороших тренированных лошадей и обратилась к Жайдарбеку. С тех пор началось триумфальное шествие наших каскадеров по мировым съемочным площадкам. В активе группы Nomad Stunts такие фильмы, как «Дорога к матери», «Жаужүрек мың бала», «Дневной дозор», «Монгол», «Неудержимые-2», «47 ронинов», а также сериалы «Марко Поло» и «Эртугрул».

Жайдарбек Кунгужинов — самый титулованный казахстанский каскадер и постановщик трюков, работавший с Арнольдом Шварценеггером, Брюсом Уиллисом и многими другими звездами кино и спорта. Обладатель специальной награды «За популяризацию спорта в кино» Международной академии боевых искусств (США), член Международной группы постановщиков трюков Hitz International (Канада).
Жайдарбек, расскажите, как вы пришли в эту сферу.
— Я начинал свой профессиональный путь в Союзгосцирке в Москве. После распада СССР вернулся в Казахстан. На тот момент уже было много достигнуто в цирковом искусстве. Ведь мы ездили по международным фестивалям, привозили оттуда сначала бронзовые, а потом уже серебряные и золотые награды. При этом хотелось чего-то нового для своих номеров, выполнять больше различных трюков, но для этого требовалось дорогостоящее спецоборудование.

В 1992 году помимо работы в цирке я параллельно начал пробовать себя как каскадер. Здесь, как и в цирковой деятельности, мне хотелось работать со сложными и эффектными трюками, но все тоже упиралось в оборудование. Это не могло не расстраивать, ведь во время просмотра голливудских кинокартин мы видели, насколько качественно работали зарубежные каскадеры и операторы, которые их снимали.

В 2000 году я решил организовать первую в Казахстане группу каскадеров. После съемок фильма «Кочевник» я два года подряд ездил в Америку и жил там по два месяца. Там я наблюдал за работой других каскадеров, за тем, какое оборудование они используют. Тогда я и понял, что сами трюки у них не сложнее наших, просто они интереснее сделаны и сняты.
Вы затронули тему оборудования. Насколько велики инвестиции, требующиеся для того, чтобы открыть подобное дело в наши дни?
— Инвестиции требуются немаленькие. Мы работаем с 2000 года, а до сих пор закупаемся. Хорошее оборудование стоит дорого, поэтому его нельзя сразу взять и купить в полном объеме. Кроме того, его и не везде делают. Этим занимаются либо сами каскадеры, либо люди, работающие в киноиндустрии. Практически всегда приходится делать спецзаказы. Например, недавно в Болгарии для нас на заводе делали специальные блоки для тросов. Кстати, раньше каскадеры часто работали с металлическими тросами, которые поддаются коррозии и часто лопаются, что чревато травмами. В последнее время в Германии стали производить специальные веревки. Они очень прочные и одновременно тонкие, что удобно в нашем деле. Поэтому практически все каскадеры в мире начали работать с такими веревками, мы тоже не стали исключением и сделали такое приобретение в этом году.
Давайте поговорим о том, насколько каскадеры сегодня задействованы в казахстанском кинематографе. У нас снимается много боевиков, но насколько эти кинокартины наполнены сложными и интересными трюками?
— Отечественные режиссеры часто нас привлекают. Ведь каскадеры нужны в каждой сцене, где предусмотрено падение. При этом стоит признать, что казахстанские режиссеры из-за ограниченных бюджетов стараются не использовать сложные трюки. Поэтому наши боевики не такие насыщенные и динамичные, как голливудский фильм «Борн».

Если говорить о нашем опыте работы в отечественном кино, то это картины «Рэкетир-1» и «Рэкетир-2». Но опять же каскадеры в основном там были задействованы в сценах с дракой.

Иными словами, в местных кинокартинах, к сожалению, пока мало интересных трюков, которые можно было бы исполнить, имея хорошее оборудование, как то, что мы недавно приобрели в Австралии.
Расскажите о своей команде. Сколько человек сейчас представляют Nomad Stunts?
— Когда мы начинали, наша группа состояла из 10 человек, но с каждым годом нас становится все больше, так как мы часто работаем в больших картинах. Сейчас в нашей команде 54 человека, в том числе четыре девушки и три иностранца (из России, Австралии и Болгарии). Самому молодому каскадеру у нас 20 лет, он набирается опыта у старших коллег.
Насколько жесткий у вас отбор новичков?
— Отбор обычно проходит долго и сложно. К нам приходят примерно 20 человек, из которых остается только один. Как правило, это самый стойкий претендент, которого впереди ждут новые испытания. Новичков мы сразу начинаем обучать, создавая тяжелую атмосферу, чтобы они могли понять, готовы ли они не только физически, но и психологически.
Из каких сфер к вам обычно приходят люди?
— Есть и простые ребята, которые со временем обучаются всем тонкостям, но в основном это спортсмены.
В больших проектах важна командная работа, как вы взращиваете партнерство внутри коллектива?
— Это один из самых важных аспектов в нашей работе. Ведь она связана с риском и опасностью. Часто бывают ситуации, когда нужно подстраховать друг друга или вовремя среагировать, чтобы смягчить падение коллеги. Существует много маленьких, но важных деталей, которые мы должны учитывать. Именно поэтому, когда один человек исполняет трюк, ему помогают все проверить и подготовить еще 4-5 человек. Так что без понимания принципов командной работы нам никуда. Каскадеры со всего мира — это большая семья, так называемое каскадерское братство.
А как в этом братстве развита профессиональная конкуренция?
— Конечно, элемент соревновательности присутствует всегда. Каждый каскадер стремится выполнить более рискованный и эффектный трюк.
Насколько казахстанские каскадеры конкурируют с коллегами из стран СНГ?
— Конечно, есть конкуренция, но при этом мы тесно сотрудничаем и дружим. Недавно российские постановщики пригласили каскадеров из моей команды поучаствовать в съемках сериала «Золотая орда». Они тоже часто приезжают в нашу страну. Например, в картине «Дорога к матери» мы работали вместе с белорусскими каскадерами. С 1992 года я работаю как каскадер, но каждая картина — это какой-то опыт. С каждым годом меняется система трюков. Поэтому мы учимся друг у друга.
Есть ли в каскадерском братстве кто-то, на кого вы ориентировались, когда начинали профессиональный путь?
— В большей степени я ориентировался на голливудские картины, потому что у них были очень интересные трюки. Ну и конечно, не могу не отметить кумира многих — Джеки Чана. Мне импонирует, что он сам придумывает и делает трюки с присущей ему легкостью и комизмом.
Каскадеры проделывают большую и сложную работу, но когда кинокартина выходит на экраны, зрители этой работы не замечают. Получается, что вы как будто остаетесь за кадром. Не обидно?
— Нет, конечно, зрителям необязательно знать, что мы делаем. Главное, чтобы об этом помнили режиссеры и продюсеры. Бывает, что забывают. Нечасто, но иногда нас забывают объявить, когда проходят предпоказы. Каскадеры делают в фильме самые сложные вещи. И чем меньше зритель догадывается, что в сцене был задействован каскадер, тем лучше выполнена его работа.
Понятно, что в вашем деле важна физическая подготовка и безопасность, но насколько каскадерам нужно обучаться актерскому мастерству? Вы же сам тоже порой снимаетесь и как актер.
— Конечно, каскадеры должны быть и актерами, даже падая или делая трюк, дублируя актера, необходимо подражать его движениям, мимике и т. д. Да, я работаю актером. Например, с Натали Портман и Джеймсом Франко я работал как актер-каскадер. Также в качестве актера я снимался в российской картине «Викинг», в американском сериале «Марко Поло». Режиссерам всегда проще взять актера, который может сделать какой-то трюк и сыграть.
Можете привести из своей практики пример проекта, который вы считаете наиболее сложным и выдающимся?
— Наиболее выдающийся проект — фильм «Монгол», в котором мне было приятно работать и который я люблю больше других картин. Более сложным считаю американский проект «Конан-варвар», который снимали в Болгарии. Из Казахстана туда поехали шесть человек. Несмотря на то что там было много других каскадеров, именно мы оказались более подготовленными и делали самое большое количество трюков. Это была очень сложная картина, так как в ней приходилось драться, падать с лошади, делать другие трюки и быстро переодеваться, чтобы вовремя появиться в нужной сцене. Свою лепту вносила и плохая погода. Во время съемок шли дожди, костюмы часто намокали, становились еще тяжелее, что мешало делать динамичные трюки.
Казахстанские каскадеры востребованы в зарубежных картинах?
— Наша команда очень востребована. После картины «Монгол» нас пригласил к сотрудничеству режиссер картины «Путь домой» Питер Уир. Оценив нашу работу, нас стали везде приглашать.

Недавно, например, мы отработали проект в Индии, еще две команды в данный момент работают в Турции. Кроме этого мы готовимся к работе в большой картине в Китае и в третьем сезоне американского проекта «Марко Поло».

Помимо этого в прошлом году меня пригласили в международную группу постановщиков трюков Hitz International, в которой сейчас работают 20 человек со всего мира. Эта команда снимала такие фильмы, как «Дэдпул», «Железный человек», «Росомаха».
От редакции
Жайдарбек Кунгужинов — единственный человек с постсоветского пространства, входящий в международную группу постановщиков трюков Hitz International.
В картинах каких стран вам интереснее работать?
— Все зависит от продакшена и съемочной группы. Например, интересно было работать с японской командой над картиной «Тучи над холмами», с турецкой командой (проект еще продолжается. — Ред.), и, конечно, нам нравится сотрудничать с американским продакшеном, поскольку у них все четко налажено и отработано.
Вы сказали, что многие в профессию каскадера приходят из спорта. С чем это связано?
— Честно скажу: многие приходят за славой и деньгами, но именно они со временем отсеиваются. В нашей профессии слава возможна лишь в узких кругах, ведь, как вы сказали, работа каскадеров должна оставаться незаметной для зрителя.

Даже в жизни совершая добрые поступки, каскадеры стараются их не афишировать. Например, мой друг, каскадер из Бишкека, спас 24 человека из автобуса, упавшего в реку, но об этом мало кому известно.

Что касается денег, то стабильность в этом вопросе — вещь относительная. Бывает так, что полгода мы работаем, а полгода сидим без проектов.

Кроме того, в нашей профессии нужно много работать, чтобы справляться с разными трюками. А чтобы быть постоянно востребованным, нужно быть универсальным.
Сколько времени уходит на подготовку разных трюков?
— По-разному. К примеру, когда готовишь автомобиль для трюка с переворотом, нужно 3-4 дня. Подготовка к высотным падениям занимает 2-3 недели. Для работы под водой требуется 1-1,5 месяца. Больше всего времени уходит на подготовку трюков с лошадью. Чтобы она хорошо падала, правильно скакала, подбирала ногу, уходит 3-4 года. Лошадь, как и каскадер, должна уметь очень многое.
«У нас 28 лошадей. Все они — тоже часть нашей команды»
Я так понимаю, поскольку лошадь для Казахстана — «родное» животное, то, наверное, именно казахстанские специалисты ценятся в мировом кинематографе.
— Верно. Лошадь — это животное весом 300-400 килограммов, поэтому ею сложно управлять во время исполнения трюков. К тому же у лошадей может не быть настроения что-то делать. Чтобы наладить с ними контакт, требуется больше времени.

Когда работаешь с автомобилем, ты можешь все рассчитать, а вот с лошадью так не получится. К сожалению, сейчас очень мало профессиональных конников, поэтому многие режиссеры перешли просто на сцены с дракой. Но есть и хорошие новости: молодежь в Ярославле создает команду конных каскадеров, и я им помогаю. Надеюсь, из этого получится что-то стоящее.

Из собственного опыта работы с лошадьми в зарубежных картинах могу отметить испанскую команду, которая снимала фильмы «Зорро» и «Последний самурай». У них другая система подготовки лошадей, которую мы сейчас перенимаем. Она немного строже по отношению к лошадям, но считается, что эта система лучше для самих животных, потому что помогает им собраться при выполнении трюка.

А вот, например, во Франции лошади очень изнеженные. Когда мы там работали, нам дали трюковых лошадей, которые через 15 минут проскока стояли под капельницей. Все потому, что у них другая система: 15 минут лошадь проскакала, 15 минут она должна отдыхать. Но это ведь не человек, это лошадь. Она должна скакать, у нее другие мышцы должны работать.

В Малайзии меня, наоборот, удивило плохое отношение к лошадям. Сели, поскакали, прискакали, просто поставили лошадь и ушли. А лошадь должна отдышаться, ей нужно пошагать, остыть, восстановить сердцебиение, давление, снять напряжение с ног.
У вас собственные лошади, с которыми вы работаете?
— Да, у нас 28 лошадей. Все они — тоже часть нашей команды. У многих членов нашей группы есть свои лошади, за которыми они ухаживают.
Эти же лошади участвуют в иппотерапии, которую вы проводите для детей с ДЦП?
— Не совсем. Для работы с детьми требуются спокойные лошади с особой энергетикой. У нас же среди трюковых лошадей есть импульсивные животные. Поэтому в социальном проекте, о котором вы говорите, участвуют всего несколько спокойных трюковых лошадей, еще пару мы приобрели специально. Для нас очень важно, что мы можем помогать детям. Занятия проходят дважды в неделю. В рамках этого проекта мы сотрудничаем с Ассоциацией родителей детей-инвалидов. Кроме того, мы помогаем всем желающим, которые обращаются к нам напрямую.
А что вас подтолкнуло к реализации подобного проекта?
— У меня был знакомый, у которого были пони, и к ним приводили девочку, которая не ходила. Через некоторое время она начала передвигать ножками. Тогда я подумал — почему бы нам тоже не помогать людям? Так три года назад мы начали бесплатно проводить занятия по иппотерапии. Когда сам тесно связан с травмами и знаешь, насколько тяжелым бывает процесс восстановления, не можешь оставаться в стороне.
Как я понимаю, это не единственный ваш социальный проект. Насколько известно, вы безвозмездно помогаете талантливым казахстанским режиссерам с трюками в их картинах. Это было коллективное решение?
— Да. Хоть мы и работаем часто в зарубежных проектах, мы являемся казахстанской группой. Нам хочется, чтобы отечественная киноиндустрия тоже развивалась. Поэтому мы понимаем, что важно помогать молодым талантливым кинематографистам. В этом году мы уже отработали два проекта бесплатно и готовимся к третьему.
С 15 по 19 октября в Алматы пройдет VII Ежегодный международный фестиваль творческой молодежи ЖасSTAR, организованный Фондом Первого Президента. Вы будете выступать на одной из творческих встреч и проведете мастер-класс. Каковы ваши ожидания и чем вы хотели бы поделиться с нашей творческой молодежью?
— С фестивалем творческой молодежи у нас много точек соприкосновения. Нам важно выстраивать диалог с молодыми талантами, отчасти поэтому мы с удовольствием помогаем начинающим режиссерам. Также мне бы хотелось поделиться с творческой молодежью своей историей и опытом и в то же время рассказать им что-то новое. Кроме того, сама молодежь может поделиться своим видением будущего, мыслями и идеями. Думаю, это будет двусторонний обмен опытом. Плюс мы бы хотели узнать, в каком направлении хотят работать ребята, чтобы понять, какое содействие мы можем им оказать.
Справка
Приуроченный к празднованию 25-летия независимости ЖасSTAR 2016 года станет крупнейшим культурным событием для студентов творческих специальностей и активной молодежи.

Ежегодно на открытых творческих площадках фестиваля известные деятели культуры и искусства дают мастер-классы, проводят творческие вечера и лекции, где делятся секретами профессии и рассказывают о тонкостях своей работы.

Концепция фестиваля ЖасSTAR представляет собой открытый диалог, в ходе которого представители культуры и искусства обмениваются опытом и знаниями с перспективной молодежью.

Фестиваль открывается 15 октября в 15:00 в Фонде Первого Президента (г. Алматы, ул. М. Ганди, 10).

На протяжении пяти дней будут открыты мастер-классы и организованы творческие встречи с такими мастерами, как Елена Кузьмина (Россия, хореография), Абзал Арыкбаев (Казахстан, мастер горлового пения), Мурат Мутурганов (Казахстан, цирковое искусство), Алексей Лундин (Россия, первая скрипка и солист оркестра «Виртуозы Москвы»), Жайдарбек Кунгужинов и группа Nomad Stunts (Казахстан, каскадерское мастерство), Адай Абельдинов (Казахстан, режиссер-аниматор), Нуртас Адамбай (Казахстан, актер, сценарист, режиссер, продюсер), Ламин М. (Lamyne М.) (Франция, мода), Cultural Dialogue (Казахстан, продвижение творческих проектов).

В первый день фестиваля состоится выставка «Современные тенденции в монументальном искусстве Казахстана: художественные витражи и мозаика — 2016».

Вход на все мастер-классы и творческие встречи свободный.

Завершится фестиваль 19 октября в 19:00 концертом лауреатов Фонда Первого Президента Республики Казахстан — Лидера нации в ГАТОБ им. Абая.
Автор материала
Екатерина Корабаева
Фото предоставлены
Nomad Stunts
© And.kz Любое использование материалов допускается только при наличии гиперссылки на and.kz
Контакты
E-mail: info@iskermedia.kz
(по общим вопросам)
издательство
Made on
Tilda