• Хе Олег

    Издатель

  • 8 июля 2014

Свои пять звезд

 

Обвал тенге сделал заморский отдых для нас более дорогим удовольствием. И тут правительство с идеей о пяти туристических кластерах подоспело: мол, отдыхайте в родных пенатах. Променяют ли казахстанцы зарубежные туры на местные – об этом говорим с директором Казахстанской туристской ассоциации Рашидой Шайкеновой.

 

 Рашида Рашидовна, как на туристических настроениях наших граждан сказалась февральская девальвация?

 

Сегодня мы отмечаем, что произошло падение спроса на ранние туры. Но не только из-за снижения курса тенге. Раннее бронирование у нас начинается в январе, то есть до февральской девальвации. По сравнению с прошлым годом мы отметили падение спроса. Хотя обычно идет повышение, особенно на турецкое направление. Мы ведь не так давно ввели в свою практику раннее бронирование. И люди охотно стали им пользоваться – за меньшие деньги можно купить тур, правда, деньги по нему невозвратные: вы его либо используете, либо теряете полностью. Так вот, начало этого года характеризовалось падением спроса на ранние продажи. Повторюсь, что началось оно еще до девальвации. Я это объясняю тем, что в июле прошлого года вышел закон об отмене иностранных чартерных рейсов в Казахстан. К счастью, с учетом вмешательства вице-премьера Асета Исекешева мы доказали, что этот закон не мог работать на тот момент, потому что не было соответствующих подзаконных актов. И у нас была возможность доработать с чартерами до конца октября 2013 года. И после этого, к сожалению, осенне-зимний сезон выдался сложным в плане логистики.

 

Увеличилась нагрузка на регулярные рейсы?

 

Не скажу, что увеличилась на них нагрузка. Но точно началась чехарда в осенне-зимнем сезоне. Ситуация с чартерными рейсами серьезно напрягла потребителей. Люди стали опасаться. Был печальный опыт в прошлом году с турецким туроператором Qualitum tours, когда очень большое количество людей пострадало. Естественно, появилось недоверие к рынку чартерных перевозок. Как следствие – произошел спад популярности ранних чартерных программ. И этот спад продолжился после девальвации. Однозначно девальвация оказала свое негативное влияние на уровень спроса на отдых. Неоднократно проводились исследования: какие расходы сокращает человек, испытывая финансовые трудности? Он в первую очередь отменяет отдых.

 

Может, на смену пришли малобюджетные программы? Скажем, туры во Вьетнам?

 

Чем характеризуется наш рынок? Мы имеем ярко выраженный осенне-зимний сезон и не менее ярко выраженный летний сезон. Да, Вьетнам – относительно новое направление на рынке Казахстана, которое привлекло к себе большое внимание со стороны потребителей. Много позитивных откликов: удобная логистика, хороший сервис. Но Вьетнам – это осенне-зимнее направление. А есть фавориты летнего направления, и они фавориты прежде всего по своим ценовым предложениям.

 

Получается, что в первую очередь пострадал дорогой сегмент.

 

Да. Мы обычно даем хорошую динамику спроса на Западную Европу, в частности, на Италию, Испанию, Францию. Всегда существовало и существует ложное представление, что казахстанцы до сих пор любят исключительно пляжный туризм. С 2010 года эта тенденция изменилась. В потребностях граждан Казахстана появился культурно-познавательный туризм и самое главное – лечебно-оздоровительный туризм. Они примерно сравнялись по доле с пляжным туризмом.

 

Чтобы удержать спрос на уровне хотя бы прошлого года, может, турфирмы увеличивают скидки на туры, чтобы они не так дорого обходились? С учетом девальвации, конечно, все на 20% подорожало.

 

Да, и вы прекрасно понимаете, что в условиях острой конкуренции, которая наблюдается в первую очередь на рынке Алматы, Астаны и Караганды, конечно, идет борьба за клиентов. Безусловно, сегодня туристский бизнес стремится удержать своих клиентов и делает всевозможные скидки.

 

Главное, чтобы качество при этом не пострадало.

 

Вы же понимаете, что туристские компании – это всего лишь посредники между потребителем и авиакомпанией, отелем. Поэтому здесь если говорить о качестве, то речь может идти только об уровне обслуживания на этапе приобретения турпакета.

 

Вдруг турфирмы начнут работать с зарубежными партнерами, которые предлагают туры дешевле, но менее качественные.

 

Этот вариант возможен. Понятно, что результаты воздействия на потребительский спрос всех этих событий, о которых мы говорили (отмена иностранных чартеров и девальвация), таковы: они уводят клиентов в более дешевый сегмент. А наши потребители сегодня могут ходить из турфирмы в турфирму за скидкой в одну-две тысячи тенге. Поэтому здесь прежде всего важен сервис – маркетинговая политика и заинтересованность в качественном обслуживании туриста самой туристской компанией и ее зарубежными партнерами. Тем более что была печальная история с Qualitum tours. Мы обсуждаем такие примеры у себя на рынке и пришли к пониманию, что выбор партнера сегодня не зависит от сегмента, в котором он работает: дорогом или дешевом. На первый план выходит надежность партнера. Его выбор сродни выбору жены или друга.

 

Но пока я не слышал, чтобы туроператоры били тревогу, что у них упали продажи. Видимо, не все так плохо.

 

Вы же понимаете, что цыплят по осени считают.

 

То есть сезон закончится, тогда и посчитаем – выиграли или проиграли.

 

Да, но я буквально на днях разговаривала с туроператорами Астаны, они видят падение спроса, но оно минимальное. Рынок Алматы ощущает большее падение.

 

Значит, столичных граждан в меньшей степени коснулись финансовые трудности.

 

Да. Видимо, специфика столицы.

 

Может, тогда дивиденды от девальвации получил внутренний туризм? Если казахстанцам стало дорого отдыхать за границей, то, может, они переориентировались на внутренний туризм?

 

Абсолютно реальная тенденция. Если убыло в одном месте, то обязательно прибудет в другом.

 

Хотя не факт, ведь казахстанские курортные места тоже подняли цены, причем прилично. Как только после девальвации подорожал выездной туризм, так сразу подскочили цены на отдых внутри страны.

 

Ну вот, видите, как у нас зеркально все отражается. Но если говорить о внутреннем туризме, то начиная примерно с 2007 года очень медленно – без всплесков, но системно – идет его увеличение. Но мы, анализируя эту ситуацию, увидели следующее – люди не остаются в стране на полноценный отдых. Да, у нас занято Боровое. Я думаю, что основной сегмент, который пополняет Боровое, - это наши чиновники, которые имеют возможность за счет профсоюзов или правительства отдыхать там по минимальной цене. И более взрослое поколение, которое уже не выдерживает долгие перелеты, отдыхает внутри страны. В остальном внутренний туризм – это туры выходного дня, короткие поездки за пределы города с целью рекреации: в пятницу вечером или субботу выехал, в воскресенье вернулся. Они и дают нам положительную динамику внутреннего туризма. Но говорить о том, что после девальвации наши люди стали больше проводить долговременные отпуска внутри страны, мы не можем.

 

Разработана программа туристических кластеров, если не ошибаюсь, пяти. Она, на ваш взгляд, поможет развитию внутреннего туризма?

 

Да, речь идет о пяти кластерах. Уже разработана и утверждена в правительстве концепция развития внутреннего туризма, в рамках которой определены эти кластеры. Хочу сказать, что кластеры – один из самых действенных инструментов для нашего рынка. Мы ведь не просто одна отрасль, мы – межотраслевая индустрия. Здесь представлены не только туристские компании, но и гостиницы, рестораны, кинотеатры, казино, транспорт, производство сувениров и т. д. Для того чтобы развить туризм, надо включать такой инструмент, как кластер.

 

Но при этом есть скепсис в отношении кластеров, потому что Казахстан неоднократно пытался запускать их то в одной, то в другой отрасли. Текстильной, например. Ничего хорошего не добились.

 

Я мало понимаю, что происходит в легкой промышленности. Но я четко знаю, что этот инструмент у нас будет работать.

 

Точно?

 

Он не может не работать, ведь это основа основ для нас.

 

Как вы видите практическую реализацию этих кластеров, учитывая, что нужно скоординировать разные отрасли для достижения одной цели? Кто этим будет заниматься и главное – как?

 

Понятно, что речь прежде всего идет о региональном развитии. Если мы не сформируем региональный турпакет, мы никогда не сможем представить страновой туристический продукт. То есть нам нужно четко и ясно понимать, кто и что предоставляет в разных регионах Казахстана. Это должно быть что-то оригинальное и интересное для туриста. Причем каждый регион обладает абсолютно уникальными и специфическими только для него ресурсами. И сейчас речь идет о том, что туризм надо развивать на региональном уровне. Если мы не разовьем регионы, то мы еще лет пятьдесят будем много говорить о туризме, но результатов никаких не будет.

 

Так я думал, что турпакет уже сформирован, если уже определили регионы-кластеры. Или мы сначала определили регионы, а теперь будем думать: а что же там интересного?

 

Суть в следующем: в качестве кластеров выделены регионы, имеющие ресурсы, которые можно и нужно развивать. В них нужно вкладывать государственные и частные инвестиции.

 

Я так понимаю, что в первую очередь будут задействованы местные власти со своими бюджетами.

 

Одних местных бюджетов будет недостаточно. Речь должна идти о республиканском финансировании. Но главную роль все-таки должны играть частные инвестиции, в том числе иностранные. Вообще, роль государства мы видим в создании условий и решении инфраструктурных вопросов – прокладка дорог, доставка электроэнергии, газа и воды. На остальное должны быть задействованы частные инвестиции.

 

Рашида Рашидовна, дайте, пожалуйста, краткую характеристику будущим пяти кластерам: что такого оригинального, на ваш взгляд, они смогут предложить, чтобы перетянуть не только казахстанского туриста, но и зарубежного?

 

Может быть, меня обвинят в пессимизме, но я абсолютно уверена, что мы сегодня должны думать и создавать эти кластеры в первую очередь для граждан Казахстана. К сожалению или к счастью, вокруг нас много стран, которые обладают примерно идентичными с нами туристическими продуктами. Тот же пляжный туризм на Иссык-Куле. Культурно-познавательный туризм в Узбекистане. Монголия со своим экологическим туризмом. Это все есть вокруг нас. Поэтому я не думаю, что мы завтра станем суперпопулярны на международном туристском рынке. Мы должны думать прежде всего о нашем потребителе. Мы должны создавать возможности для отдыха и рекреации граждан Казахстана. Тогда не будет уходить такое большое количество денег из страны.

 

Что такого мы можем сделать, чтобы казахстанцы не уезжали?

 

Это тоже другая крайность – чтобы граждане не уезжали. Это наше конституционное право – свобода передвижения. (Смеется.)

 

Да, я, конечно же, хотел спросить: как заинтересовать людей, чтобы отдыхали внутри страны?

 

Да, надо именно заинтересовывать. Если говорить о характеристиках обозначенных кластеров, то Алматы и Алматинская область обладают хорошими возможностями для развития горнолыжного туризма. Мы можем привлечь какую-то часть туристов из России и других приграничных стран. Почему? Очень много туристов, желающих покататься на лыжах, летает в Киргизию, но там сложная логистика. Туда не летает такое количество авиакомпаний, как в Алматы, из разных регионов мира. Причем по нескольким направлениям есть прямой перелет. Это очень важный момент. Более того, сейчас уже обозначены 10 стран, граждане которых могут приезжать к нам без визы.

 

Короткий вопрос: вы за развитие Кок-Жайляу в качестве горнолыжного курорта?

 

Если честно, то я за развитие там туризма и создание инфраструктуры. Человек всегда вынужден отвоевывать пространство у природы. Так  же строились Шымбулак и Медео – человек отвоевывал пространство у природы. Но абсолютно очевидно, что Кок-Жайляу должен строиться в соответствии со всеми экологическими нормами. Но создавать и строить надо.

 

Понятно, мы можем вернуться к характеристикам кластеров.

 

В соответствии с заключениями как международных, так и казахстанских экспертов Алматинский регион обладает самым большим количеством природных ресурсов и туристских возможностей. Есть озеро Капшагай – элемент пляжного туризма, вокруг должна создаваться качественная инфраструктура. Так что Алматы и Алматинская область – это № 1 среди всех пяти кластеров. Южный Казахстан – это кладезь для археологов. Там такие уникальные археологические раскопки! Только один Тараз, в котором идут раскопки центрального базара, представляет для всего археологического мира огромный интерес. На месте раскопок обнаружено несколько слоев старинного города. Если они будут восстановлены и попадут в музеи, то многие поймут, что мы имеем дело с уникальным местом. Кроме того, южный Казахстан славится паломничеством, хотя я не очень люблю это слово. Лучше сказать, что регион прекрасен для культурно-познавательного туризма. Туркестан, Отрар известны своей духовностью и личностями, которые лежали в основе казахской государственности. И потом – из 30 существующих видов тюльпанов 19 произрастают в Жамбылской области. Причем это дикие сорта тюльпанов, которые явились прародителями разросшегося производства тюльпанов в Голландии. Каждый вид жамбылских тюльпанов уникален. В этой же области есть замечательные места, в которых обитает много птиц и животных, внесенных в Красную книгу. Мы имеем возможность в рамках кластера сохранить их. И поднимать волну интереса вокруг всего этого, создавая уникальный туристский продукт. Туризм построен на легендах и мифах. Вот в Греции на гору Олимп возят тысячи туристов, но были ли действительно на этой горе боги? Интерес людей пришел из мифов и легенд Древней Греции. В результате место стало очень популярным среди туристов. И у нас таких мест много. Что касается Акмолинской области, то, конечно, надо отметить Боровое. Я бы еще добавила сюда Северо-Казахстанскую область – какие там места, какая природа! Самая чистая область – Северо-Казахстанская. Абсолютно чистые озера. Там можно развивать экологический и лечебно-оздоровительный туризм. Четвертый кластер – Восточный Казахстан, там надо отметить пантолечение. Это место, в котором до сих пор живут староверы. Представляете, какой это пласт культуры, уникальный для нашей страны. Можно развивать познавательный туризм. И последний кластер – Мангистауская область с Каспием, хоть он и несколько выпадает из традиционного представления о море, в котором можно купаться. Но на Каспии есть места, они были просчитаны и выделены экспертами, такие, как Казахский залив, на которых можно строить курорты. Очевидно, что Каспий имеет право на жизнь в качестве пляжного туризма. Очень много скептических мнений по этому поводу. Но я верю, что если сегодня эти пять кластеров озвучены и будет проведена большая работа по их разработке, то появятся места, в которых смогут хорошо отдыхать не только казахстанцы, но и иностранные гости. Создание разветвленной и современной инфраструктуры даст толчок развитию внутреннего туризма.

 

Вы очень интересно рассказали про кластеры, дай Бог, чтобы они встали на ноги. Но вот интересно, к какому времени казахстанцы смогут получить интересные турпакеты от кластеров? Учитывая текущее состояние инфраструктуры.

 

Развитые услуги очень важны для нашей страны. Опыт других стран в этом плане показателен. Наш рынок готов включиться в создание таких кластеров, чтобы они уже в ближайшее время могли предложить уникальные турпакеты. Мы ждем реальных преференций. Вот сейчас готовятся изменения в закон об инвестициях. Нам нужно вносить туда изменения, которые бы дали реальные преференции для бизнеса.

 

Нужно снижение налогов?

 

Нет. По налогам даже говорить не буду, потому что знаю, насколько это сложный вопрос – их снизить. Я имею в виду выделение земель, финансирование предпринимателей через фонд «Даму» и KAZNEX INVESТ, отмену таможенных пошлин при ввозе стройматериалов и оборудования для обустройства кластерных зон. Мало что своего производится внутри Казахстана, придется многое импортировать. Нам нужно облегчить создание инфраструктуры за счет снижения или обнуления пошлин.

 

Понятно. От преференций зависит скорость создания этих кластеров.

 

Именно так. Без поддержки государства туризм развить невозможно. Не я это придумала. Все страны шли по этому пути. Если сегодня местные власти не будут создавать возможности для бизнеса, то тогда будущее кластеров может оказаться под большим вопросом. Может, мы их тогда и не увидим? Думаю, что все-таки увидим. Девальвация, неустойчивый тенге разворачивают людей на отдых внутри страны. Спрос растет, и он побуждает предпринимателей вкладывать деньги в проекты, которые на слуху. Сегодня вся страна говорит о туризме. И это не может не заставить безнесмена подумать: если о туризме говорят, значит, за ним будущее. И я надеюсь, что всемерное сотрудничество бизнеса и власти даст позитивные результаты.

 

Спасибо за интервью!

Читать дальше

в издании Бизнес & Власть №23 (500) от 4 июля 2014

PDF, 3.42 Mb

  • Нравится

Комментарии к статье (0)

чтобы оставить комментарии.

Статьи по теме