• Аскар Муминов

    корреспондент

  • 10 июня 2016

Злокачественный синдром

 

Следы крупнейшего за всю историю независимого развития Казахстана теракта ведут за рубеж, заявил Нурсултан Назарбаев во время своего специального обращения к народу.

 

Напомним, что 5 июня, в день начала священного для мусульман месяца Рамадан, группа террористов атаковала Актобе, город на западе Казахстана. Кстати, именно тут в 2011 году началась летопись террора в республике; атаки были и в других городах, например, особый цинизм проявил так называемый таразский стрелок, но еще никогда Казахстан не переживал столь крупного теракта с попыткой захвата оружия в воинской части.

 

Жертвами событий в Актобе стали 19 человек, 38 получили ранения. МВД Казахстана признало кровавые события в городе террористическим актом. По данным МВД, было убито 13 преступников, организовавших теракт, четверо ранены, семеро в розыске. По подозрению в экстремистской деятельности задержано 8 человек. В республике введен умеренный, желтый уровень террористической угрозы. 9 июня страна погрузилась в национальный траур по погибшим.

 

Пожалуй, самая примечательная информация, озвученная после теракта, — это то, что его следы ведут за рубеж. Хотя конкретное местоположение вероятных заказчиков дестабилизации ситуации в Актобе названо не было, в экспертной среде это связали либо с чеченским, либо с сирийским фактором.

 

Дело в том, что в казахстанских и международных СМИ нередко проходила информация о том, что запад РК используется чеченскими экстремистами в качестве своего рода здравницы, где они восстанавливают силы и лечатся после полученных в ходе боестолкновений травм.

 

Другой фактор, который нельзя не учитывать, говоря о вероятных иностранных покровителях террористов в Актобе, — это сотни уехавших из республики молодых людей, получивших опыт боевых действий на сирийской войне и присягнувших на верность «Исламскому государству».

 

Еще не так давно аналитические центры распространяли информацию, согласно которой из Узбекистана в Сирию и Ирак выехало 500 боевиков, из Туркменистана — 360, из Киргизии — 350, из Казахстана — 250, из Таджикистана — 190.

 

Среда подпитки

 

Социолог общественного фонда «Стратегия» Серик Бейсембаев заметил: говоря о религиозном экстремизме, нужно понимать, что практически во всех странах с мусульманским большинством существует доля верующих, которые являются сторонниками радикальной интерпретации ислама. При этом необязательно, чтобы они все были потенциальными террористами. Они могут мирно сосуществовать с остальными гражданами, однако, как показывают исследования, именно эта среда подпитывает и производит тех, кто решается на совершение насильственного акта.

 

В случае с Актобе, вероятнее всего, некоторые последователи радикальной идеологии перешли из пассивной в активную фазу. Что стало катализатором и детонатором этого процесса, — пока вопрос. Можно лишь предположить, что у них закрылся канал для отправки в Сирию либо его перекрыли. Как результат, они могли переориентироваться на внутренних «врагов» в лице силовых структур.

 

По словам эксперта, видно, что лица, совершившие это нападение, в некоторой степени хотели повторить «успех» Максата Кариева, «таразского терминатора», который в 2011 году также начал свою операцию с захвата оружейного магазина.

 

«Основной вопрос в том, в каких условиях и под влиянием чего люди перешли из числа пассивных сторонников радикального ислама в активных экстремистов. Триггером может стать любое событие, вплоть до воображаемой обиды или знаковых дат для ислама. Нельзя исключать и влияние их духовных наставников. В западных странах давно поняли, что прогнозировать и предотвращать такие вспышки насилия со стороны радикальных элементов очень трудно. Поэтому основные усилия направляются на превентивные меры. Вот здесь, по моему мнению, у нас очень большие упущения», — заметил Серик Бейсембаев.

 

Действия по стандартной схеме

 

Политолог, директор международных проектов Института национальной стратегии Юрий Солозобов сказал, что казахстанским силовикам удалось предотвратить самый негативный сценарий. Стандартная схема такая. Боевики вначале захватывают автоматическое оружие, будь то в полицейском участке либо в воинской части. В данном случае была атакована воинская часть Нацгвардии. Был выходной, послеобеденное время. Время очень расслабленное, удачное для нападения. А перед этим, в субботу, Казахстан отмечал праздник государственных символов. По его мнению, все было просчитано для максимальной эффективности акции. В дальнейшем начались бы захваты банков, офисов крупных компаний — присвоение денег для финансирования джихада, новые нападения на силовые структуры — снова захват оружия. Затем нападение на органы власти, может быть, на исправительно-трудовые учреждения — выпуск на волю криминальных элементов. Тогда можно было бы говорить о крупномасштабном теракте, как в Нальчике в 2005 году.

 

«Казахстан переживает сложный период транзита власти. Многие несистемные политические игроки пытаются активизировать в том числе и силовые рычаги для перехвата власти. Или как минимум для разрушения стабильности, чтобы в возникшем хаосе играть свою игру. В Казахстане есть определенное социальное расслоение, особенно заметное на западе страны. Там крупные нефтяные доходы, но есть и обычные люди, исключенные из нефтегазового рая. Они живут фактически в традиционном обществе. Их доходы не так велики. Жизнь трудная. Суровая природа. Там, где существует социальная напряженность и большой разрыв в доходах, там реализуется желание радикальных исламистов по уже иракскому или сирийскому сценарию контролировать нефтяные источники как сферы своих доходов. Нефтепромыслы — лакомый кусок для радикального ислама, так как они могут стать питательной почвой для повторения подобных терактов в дальнейшем. Я хотел бы сразу отметить высокий уровень правоохранительных органов и органов безопасности Республики Казахстан. Они давно занимаются проблемой санирования радикального ислама. То, что спецоперация была быстро проведена силами спецназа, удалось блокировать нападавших и не допустить крайне негативного сценария — создания некоего «острова свободы» для радикального ислама, — говорит о высоком уровне компетентности государственных и силовых органов Казахстана», — сказал Юрий Солозобов.

 

Главная опасность — нищета

 

А вот председатель программы «Религия, общество и безопасность» в Московском Центре Карнеги Алексей Малашенко считает, что нет никакого риска дестабилизации ситуации ни в Казахстане, ни в Узбекистане из-за фактора вторжения боевиков ИГ. Куда реальнее, что внутренние проблемы во всех странах ЦА, такие как нищета, коррупция, произвол силовых органов, способны спровоцировать радикализацию населения. По его словам, у ИГ много амбиций и мало реальных дел.

 

«Куда опаснее для региона сейчас те процессы, которые, например, происходят в Таджикистане, где уже есть вполне серьезный риск гражданской войны, которую своими действиями провоцирует Эмомали Рахмон. В первую очередь, это ограничение деятельности Партии исламского возрождения Таджикистана, которую оставили за бортом парламента, что может привести к ее радикализации. Существенное закручивание гаек, странные убийства оппозиционеров на фоне уменьшения финансовых потоков от трудовых мигрантов из России очень серьезно отразятся на Таджикистане. Эмомали Рахмон возомнил себе политиком ранга Ислама Каримова и Нурсултана Назарбаева, а это не так. Думаю, что, скорее всего, региону стоит ждать в ближайшее время не сюрпризов от ИГ, а больше предпосылок к дестабилизации ситуации в Таджикистане», — считает г-н Малашенко.

 

Границы дозволенного изменились

 

Между тем директор общественного объединения «Политика, религия, право» Кадыр Маликов заметил, что ИГ уже не раз объявляло о воссоздании Хорасана — это древнее название области, охватывающей огромную часть Азии. А недавно один из представителей ИДУ заявил, что халифат создаст две военные колонны, одна пойдет на Ближний и Средний Восток, другая — на Мавераннахр. Это старинное название территории, включающей в себя большую часть Узбекистана, часть Таджикистана и Киргизии, восток Туркменистана и южные регионы Казахстана. По словам эксперта, все будет зависеть от ситуации в Афганистане. Там некоторые зоны не контролируются. Они могут стать центрами, откуда группы боевиков станут проникать на территорию ЦА, внедряться и, когда потребуется, активизироваться. Другой вариант — джихадистские ячейки, уже существующие в Казахстане и Киргизии. Часть из них разделяют идеологию ИГ. Эти «спящие» ячейки по команде могут активизироваться. Третий сценарий — внутренняя нестабильность. В любой точке Центральной Азии есть условия для социального взрыва. По этому сценарию боевикам остается ждать ситуации, которая возникнет сама собой, без их участия, и ею воспользоваться, считает он.

 

«Западные СМИ утверждают: из Центральной Азии более 2 тысяч боевиков уже в ИГ. Но надо, считаю, смотреть даже не на цифры, а на их рост. Сейчас на джихадистском фронте происходят сильные изменения, меняются методы, цели и границы дозволенности. Это открывает дорогу к легкому сближению некоторых джихадистских групп с разными экстремистскими группами подполья», — сказал Кадыр Маликов.

 

Потенциал для беспорядков

 

Директор аналитического центра МГИМО Андрей Казанцев отметил, что факт наличия большого количества экстремистов из всех центральноазиатских государств и из России в ИГ бесспорен. Его не оспаривают ни ключевые эксперты, ни спецслужбы. До ранее прозвучавшего заявления главы КНБ Казахстана о том, что рамках ИГ действует «Казахский жамагат», куда входит около 300 человек, было соответствующее заявление узбекских спецслужб. Согласно данным КНБ Казахстана, половина участников так называемого Казахского жамагата в ИГ — женщины. Это не случайный факт, среди представителей других стран тоже достаточно много женщин. Как правило, это решение принимается женщинами под влиянием близких мужчин — родственников или мужей, отметил эксперт.

 

«В страны СНГ приезжают вербовщики, которые прививают молодежи радикальные взгляды, вовлекают ее в экстремистскую деятельность и отправляют молодых людей в ИГ для участия в боевых действиях. Роль вербовщиков в процессе найма очень высока, так как обычно основной аргумент, кроме сфальсифицированной и политически идеологизированной радикальной версии ислама, — это просто деньги. Людей, особенно бедных и оторванных от корней мигрантов, в частности из сельской местности или с городских окраин, часто нанимают просто как на работу, а «борьба с неверными» — дополнительный аргумент. Поэтому борьба с нищетой, неустроенностью, социальной и культурной маргинализацией, необразованностью молодежи — основной способ нейтрализации деятельности вербовщиков и террористов в целом. Важно и продолжение поступательных реформ в обществе. Если люди видят, что власти обеспечивают экономическое развитие и гарантируют им какое-то будущее, строят правовое государство, борются с коррупцией, то они становятся менее чувствительными к пропаганде радикального ислама. Ситуация в Казахстане в этом плане намного лучше, чем в соседних центральноазиатских странах, а потому и потенциал экстремистской деятельности существенно ниже. Информационно-образовательная, просветительская работа, причем как по светской, так и по религиозной линии, тоже нужна. Как правило, вербуются люди малообразованные, не знакомые толком ни с религией, ни с мировой культурой, маргиналы, растерявшиеся и не могущие понять своего места в мире», — подчеркнул г-н Казанцев.

 

Он заметил, что силовые методы спецслужб тоже нужны, но они не смогут устранить корень зла, это хорошо показывает опыт стран Ближнего Востока. Андрей Казанцев считает, что прежде всего необходимо внедрение агентов в террористические структуры и другие оперативные способы получения достоверной информации об их работе. Затем уже принимаются меры по развалу и уничтожению террористических групп. В конечном итоге все эти группы ставят себе целью завоевание политической власти и установление «исламского правления», про это тоже нельзя забывать. То есть они пытаются в перспективе создать потенциал для массовых беспорядков, считает эксперт.

 

Читать дальше

в издании Бизнес & Власть №13 (580) — е от 10 июня 2016

PDF, 2.34 Mb

  • Нравится

Комментарии к статье (0)

чтобы оставить комментарии.

Статьи по теме