• Рабига Абдикеримова

    Журналист

  • 20 марта 2015

Чужой плод сладок

 

Китай напоминает плодоносящее дерево, урожай с которого хотят собрать и Казахстан, и Россия. Вопрос в том, будет ли этот урожай собираться в общую корзину ЕАЭС или каждая из стран постарается решить собственные интересы.

 

На этой неделе председатель президиума Национальной палаты предпринимателей (НПП) Казахстана Тимур Кулибаев сообщил, что Китай намерен профинансировать создание 44 проектов на территории Казахстана в рамках программы индустриализации. «Китай давно научился делать современное оборудование, для нас оно инновационное, а для них уже рядовое, и они готовы его нам тиражировать», — добавил он. Кроме того, г-н Кулибав призвал казахстанских предпринимателей задуматься об открытии новых и расширении существующих производств.

 

Между тем неподдельный интерес к китайскому партнеру проявляет и Россия, чья экономика сегодня переживает непростые времена и лишена возможности рассчитывать на большие потоки иностранных инвестиций. Связано это в первую очередь с подпорченными отношениями с рядом стран на фоне украинского конфликта. Китай же, напротив, готов усилить отношения с российским соседом. На прошлой неделе глава МИДа КНР Ван И заявил о том, что объем российско-китайской торговли в 2015 году должен достичь 100 млрд долларов. Подкрепить эти намерения призвано соглашение о сотрудничестве в регионе экономического пояса Шелкового пути.

 

К слову, Казахстан тоже заинтересован в возможности привязать свои программы развития под экономическую политику китайского соседа. И слова Тимура Кулибаева — этому подтверждение. Другим примером может служить участие Казахстана в Азиатском инфраструктурном инвестиционном банке (АИИБ). Очевидно, что для Китая эта структура — возможность инвестирования своих резервов в разные экономики на собственных условиях. Российские СМИ и эксперты, между прочим, видят в этой стратегии наращивание инструментов международного влияния Китая — «переход от большого государства к сильному». И подтверждение этого — намерение войти в число стран — учредителей АИИБ: Великобритании, Франции, Германии и Италии. Если говорить о ЦА, учредителями банка помимо Казахстана уже стали Узбекистан и Таджикистан. Среди наблюдателей пока Россия, но, судя по ее активности в налаживании экономических взаимоотношений с Китаем, есть шанс, что она тоже решится присоединиться к АИИБ.

 

В погоне за китайскими инвестициями и партнерством не совсем ясна согласованность действий ЕАЭС, так как участники союза все чаще оказываются в условиях конкуренции друг с другом, будь то потребитель или иностранный инвестор. Что думают по этому поводу эксперты, выясняла редакция «&».

 

Данияр Косназаров, зав. отделом по изучению ЦА и Каспийского региона Службы геополитики и региональных исследований Библиотеки первого президента РК

 

О конкуренции за китайские инвестиции

 

Китай найдет деньги, если ему так важно наладить или укрепить отношения с той или иной страной. Выделяя деньги либо России, либо Казахстану, Пекин в первую очередь строит выгодные отношения для себя, для своего внутреннего развития, для устранения барьеров в сопредельных регионах для своего дальнейшего роста, для большей мобильности и доступа к рынкам. Также ошибочно думать, что Китай разбрасывается деньгами, выдавая деньги безвозмездно. Они довольно сильные переговорщики и умеют делать предложения, от которых сложно отказаться. Они вдоль и поперек изучили наши страны и знают, что для них будет выгодно. И сейчас Пекин, пользуясь нашими экономическими трудностями, с одной стороны, показывает, что поддержит нас, с другой — укрепляет свою переговорную позицию. Это мы хорошо видим в российско-китайских отношениях. Что касается ЕАЭС и Китая, то там ситуация более чем интересная: страны союза хоть и пытаются закрыться от Китая общими границами, экономическое присутствие Китая с каждым годом растет и растет. То есть КНР уже присутствует внутри стран ЕАЭС, пусть даже формально не входит в союз. В перспективе вопрос зоны свободной торговли или членства Китая в ЕАЭС будет ставиться, и из высказываний компетентных лиц мы понимаем, что вопрос стоит на повестке дня. И, скорее всего, позиция стран ЕАЭС еще окончательно не сформировалась, но учитывает те возможности, которые может предоставить сотрудничество с КНР.

 

О направлениях сотрудничества

 

Мы видим, как Казахстан пытается привязать ФИИР и инфраструктурное развитие с инициативами Китая, в частности с «Экономическим поясом Шелкового пути». Та же программа «Нурлы жол» включает в себя проект «Западная Европа — Западный Китай». В этой связи Казахстан, скорее всего, рассчитывает на средства фонда Шелкового пути и АИИБ. Что касается вопроса о китайских инвестициях как единственной возможности поднять конкурентоспособность нашей экономики, то не все так однозначно. Тем не менее от дальнейшего развития и состояния Китая будет зависеть и наше будущее. Сейчас у стран Центральной Азии есть хорошая возможность пожинать плоды от соседства со второй крупной экономикой мира, но это также приумножает риски, в том числе геополитические. Будущий характер отношений между США и КНР здесь будут главенствующим фактором.

 

Сергей Смирнов, экономист

 

Об опасениях

 

У меня есть опасения, что сейчас в Казахстане могут начать ориентировать многие производства на Китай, который будет выводить свои грязные производства на другие рынки, как в свое время делала Европа. К слову, уже сегодня модернизация Атырауского НПЗ осуществляется за счет китайского финансирования. А китайцы, как известно, не заинтересованы в производстве бензина, они заинтересованы в производстве бензола — сырья для нефтехимии, которая является опасным производством. Честно сказать, не хотелось бы, чтобы мы в итоге оказались заводом полуфабрикатов или сырья для Китая.

 

Досым Сатпаев, директор Группы оценки рисков

 

О многовекторности

 

Я думаю, что отношения Казахстана и Китая должны строиться на двусторонней основе. Опять же исходя из наших национальных интересов. Ведь, как показывает нынешняя ситуация, ЕАЭС пока создает только проблемы для Казахстана. Отсюда для Казахстана важно поддерживать некий баланс с точки зрения нашей многовекторности, в том числе и в экономике. Это можно делать через активное сотрудничество с Китаем и ЕС.

 

Об активности Китая

 

Китай очень долго рассматривал Казахстан в качестве дополнительного источника сырья, и те инвестиции, которые шли в казахстанскую экономику, конечно, в основном адресовались нефтегазовому сектору. Однако в конце прошлого года премьер-министр Карим Масимов заявил о том, что между нашими странами были заключены определенные договоренности, согласно которым на территории Казахстана в недобывающей сфере могут открываться предприятия с участием китайских партнеров. Это может быть переработка, инновационная сфера и т. д. Более того, Китай сейчас акцент делает на развитии транспортной инфраструктуры. Не так давно они предложили программу нового Шелкового пути. И Китай действительно готов выделять на это серьезные финансовые ресурсы как в рамках ШОС, так и других финансовых структур, которые уже существуют или будут создаваться.

 

Наш восточный сосед на самом деле с точки зрения финансовых возможностей имеет большие шансы закрепиться в Центральноазиатском регионе. Китай уже заливает регион денежными потоками, выдавая кредиты под очень выгодные проценты, при этом не забывая активно лоббировать интересы своих бизнес-структур.

 

Я думаю, что следующее десятилетие будет временем усиления китайского бизнеса в нашем регионе, в том числе и в Казахстане. Главное, чтобы это было выгодно и для нас. Плохо будет, если на территорию нашей страны китайцы захотят перенести грязные производства. Поэтому нужно внимательно смотреть за тем, какие именно проекты Казахстану хочет предложить китайская сторона, соответствует это нашей индустриально-инновационной политике или нет. Ведь любое привлечение иностранных инвесторов в Казахстан должно отвечать нашим национальным интересам, один из которых заключается в желании снизить свою сырьевую зависимость.

 

Другой вопрос — заинтересован ли в этом Китай. Никто не хочет, чтобы Казахстан был сильным конкурентом. А мы можем. К примеру, у нас мог бы быть такой козырь, как внедрение инноваций в сельское хозяйство. Особенно с учетом того, что по всему миру сокращаются земли, пригодные для сельского хозяйства, а население увеличивается. Поэтому, если Казахстан будет инвестировать в это направление, то через 20-30 лет мы можем занять лидирующие позиции в производстве экологически чистой продукции.

 

В связи с этим хотелось бы почеркнуть: Казахстан открыт для всех инвесторов. Ведь мы не Россия, которая скована санкциями. Однако если в стране будут создаваться производства, которые будут наносить ущерб нашей экономической и экологической безопасности, то должны быть ограничения и четкий контроль.

 

Об участии Казахстана в АИИБ

 

Участие в АИИБ открывает доступ к финансированию и кредитам. Для любого государства важно получение доступа к определенному фондированию. Главное, чтобы эти деньги шли на пользу страны и под жестким контролем. Потому что за любые государственные долги платить будем мы, налогоплательщики.

 

Сергей Акимов, политолог

 

Про изменение китайского курса

 

Любое производство, тем более крупное, важно для любой державы, которой, без сомнения, является Китай, в плане расширения своего влияния на ту или иную территорию, в частности на Казахстан. Как известно, до настоящего времени инвестиции Китая в Казахстан в основном шли в нефтегазовый сектор, где Китай с недавних пор лидер по объемам добычи нефти. Если раньше китайцы заходили в основном в старые работающие месторождения, то сейчас этот тренд в значительной степени меняется.

 

С экономической точки зрения век Китая как страны с самой дешевой рабочей силой закончился. Последние годы уровень зарплат в Китае растет такими темпами, что через 5-10 лет западным компаниям производить большую часть своих товаров в Китае будет уже нерентабельно. Поэтому Китай активно переводит многие свои производства ближе к местам сбыта. В основном это касается Юго-Восточной Азии, где рабочая сила по-прежнему дешевая. Казахстан в данном случае рассматривается Китаем как потенциальная база для производства и последующей поставки продукции в страны Евразийского союза. Тем более что на фоне геополитической ситуации в России Казахстан выглядит намного привлекательнее.

 

Про взаимоотношения в рамках ЕАЭС

 

Казахстан действительно в незавидной ситуации, и страхи, что нас могут поглотить, всегда были. Это касается не только Китая, в отношении России много говорят о поглощении. Но, думаю, бояться всех тоже бессмысленно. Двигаться в одном русле исключительно с Россией тоже недальновидно. Очевидно, что Россия сейчас точно не в состоянии помогать нам — ей бы со своими проблемами разобраться. Поэтому вполне логично, что Казахстан ищет какие-то другие пути и инструменты для решения своих внешнеполитических и внешнеэкономических задач. Однако надо понимать, что, если сейчас наше руководство начнет согласовывать все свои действия с Россией в рамках партнерства в ЕАЭС, то завтра иной вариант принятия решений станет попросту невозможным.

 

О дипломатии

 

Казахстан — маленькая страна, и мы вынуждены лавировать между интересами различных держав, которые имеют свои интересы у нас в стране. Риск заключается в нарушении этого баланса. Когда Казахстан только начал выстраивать свои внешнеполитические отношения, было сильно заметно, что он следует простому принципу «дать всем, но не слишком много». Очень хорошо это видно на примере нашего нефтегазового сектора. Сначала мы дали возможность вложить деньги Америке и Европе, потом очень активно начали давать возможность Китаю. Когда это перешло определенный рубеж, очень активно начались разговоры про угрозы, исходящие от Китая. Это было лет пять назад. России в силу того, что она слабее, традиционно давали больше обещаний. Все 90-е годы Россию не пускали в нефтегазовый сектор, не пускали в металлургию. Однако сейчас, с развитием ЕАЭС, которому предшествовало усиление России во всех отношениях, РФ получила более внятные обещания от Казахстана в экономическом плане. Сейчас развитие отношений Казахстана с Китаем грозит тем, что другие силы, в частности Европа и США, могут почувствовать себя ущемленными в Казахстане. Как мы знаем из примера той же Сирии или Ливии, сближение с другими странами создает внешнеполитические риски. Поэтому, я считаю, за настоящими развитием отношений с Китаем в Казахстане последует удовлетворение каких-то интересов США и Европы. Думаю, руководство страны прекрасно это понимают, и какие-то действия в этом плане будут предприняты.

 

О России и конкуренции

 

Инвестиции Китая в России в контексте санкционных настроений Запада в перспективе могут очень сильно пострадать. Китай это понимает и пока активно не идет в Россию. Другими словами, если бы в России сейчас не было кризисной ситуации, вполне возможно, что эти 44 проекта пришли бы не в Казахстан, а в РФ. Потому что до последних событий, связанных с санкциями, Россия в политическом плане выглядела более стабильно, чем Казахстан.

 

Рабига Абдикеримова, Екатерина Корабаева

Читать дальше

в издании Бизнес & Власть №10 (532) от 20 марта 2015

PDF, 2.85 Mb

  • Нравится

Комментарии к статье (0)

чтобы оставить комментарии.

Статьи по теме