• Рабига Абдикеримова

    Журналист

  • 6 марта 2015

Цыганочка с выходом

 

Считается, что каждая компания мечтает рано или поздно выйти на IPO, привлечь долевое фондирование и продаваться на международных фондовых биржах наряду с лучшими компаниями со всего мира. Казахстанская горнорудная компания АО «БАСТ» с помощью инвестиционной компании «Фридом Финанс» решила попробовать сделать свой шаг в этом направлении.

 

Выход представителя малого и среднего бизнеса на Казахстанскую фондовую биржу, по сути создавший прецедент в стране, может зародить новую культуру инвестирования в небольшие проекты и привлечения фондирования отечественных частных компаний. О том, как это сделать, каким условиям нужно соответствовать небольшой компании, чтобы выйти на биржу, и какая форма управления для этого не подходит, — в интервью с генеральным директором АО «Фридом Финанс» Тимуром Турловым.

 

Поделитесь, чья была инициатива вывести АО «БАСТ» на фондовый рынок? Ведь такого еще не было в Казахстане, чтобы небольшая компания, а не квазигосударственный гигант, решила стать публичной.

 

Мы познакомились с представителями RCG Investment Advisor на одном из мероприятий, на котором они делились своими планами, рассказывали о своих проектах и т. д. Тогда они заявили, что ищут финансирование для развития новых проектов, в которые они инвестируют. Мне показалось, что проект, о котором они говорили, может быть вполне позитивно воспринят фондовым рынком.

 

Мы же, как инвестиционная компания, понимаем, как продавать акции и привлекать финансирование, а также как потом поддерживать эти котировки. Поэтому когда мы увидели такую возможность, мы сказали: «Почему бы нет?» — и поделились с компанией своей идеей.

 

Многим кажется, что фондовая биржа — это что-то недосягаемое, до чего нужно очень долго идти. Но я скажу, что на самом деле все зависит от целей. Иногда можно и не быть великим, чтобы идти на IPO. Поэтому мы и хотим на практике показать, что проект на небольшую сумму в $2 млн — это именно тот проект, который сейчас может дать второе дыхание нашей бирже. Мы бы не нашли в стране инвесторов на $200 млн, а вот привлечь $2 млн не составит большой сложности на сегодняшний день.

 

Вы сказали, не надо быть великими, чтобы выйти на фондовый рынок. Тем не менее каким критериям должен соответствовать представитель МСБ, чтобы выйти на IPO?

 

Многое зависит от того, кто является текущим акционером и кто уже вкладывал в деятельность компании. По сути, RCG, зашедший с инвестициями в проект компании два года назад, является для нас некой гарантией стабильности и роста. Мы знали, что заходим в компанию не одни, с нами вместе ребята, специализирующиеся на этой индустрии. Они делали свою экспертизу, вкладывали деньги в эту компанию, и т. д. Мы, конечно, тоже привлекали экспертов, но, безусловно, профильный инвестор всегда может помочь профессиональной оценкой и экспертизой. Потому что, повторюсь, мы хорошо разбираемся именно в акциях, а не в добыче меди или никеля.

 

Участие серьезных фондов с хорошим опытом и разбирающихся в деятельности компании. Какие еще условия?

 

Очень важно, чтобы бизнес компании представителя МСБ был юридически структурирован. Если это холдинг, то он не должен функционировать как 15 независимых компаний, связанных между собой какими-то странными отношениями в целях налоговых оптимизаций, например. Немаловажный фактор, которым МСБ часто грешит, — это непрозрачность. Для выхода на IPO бизнес компании в первую очередь должен быть абсолютно прозрачным с точки зрения налогов. Компания должна платить все свои налоги открыто и официально и оставаться при этом прибыльной. На самом деле биржа — это лакмусовая бумажка, которая показывает, готова ли компания работать полностью легально. И только если она готова платить все налоговые и иные платежи, а не заниматься налоговой оптимизацией, то, как правило, ей уже существенно легче идти на IPO. Иными словами, если акционеры компании привыкли списывать деньги на какие-то несуществующие услуги по каким-то странным договорам, то путь на биржу ей однозначно закрыт. Никакого публичного финансирования она не привлечет.

 

Но к этому еще надо прийти. Что они получат взамен?

 

Это очень важный момент. 100%-я прозрачность и легальность — это определенный сценарий ведения бизнеса. Если ты не можешь быть гибким, если ты не можешь не пользоваться деньгами компании, как своим кошельком, то IPO не для тебя. Многие предприниматели, особенно единолично владеющие компанией, так и воспринимают управление компанией. Условно говоря, понадобились деньги на покупку дома, — взял деньги своей компании и купил.

 

При 100%-й прозрачности, которая требуется для выхода на IPO, предприниматели уже не смогут так делать. Также они не смогут делать никакой налоговой оптимизации. Должны будут по всем счетам платить. Но в обмен на это они получают возможность получить длинные деньги, за которые не надо будет платить, как за кредит в банке. Если компания попадет в плохую конъюнктуру на рынке или кризис, никто не потребует от нее возврата этих инвестиций или выплаты каких-то больших процентов. Поэтому собственник должен взвесить все за и против и принять решение, готов ли он к тому, чтобы, потеряв немного текущих денег и прибыли, выиграть от роста стоимости компании позже.

 

Сейчас сложно с кредитами. Привлечение такого фондирования было бы прекрасной возможностью для многих небольших компаний.

 

Согласен. Наше правительство много говорит о том, что любая компания помимо долгового финансирования для своего роста еще должна и долевое финансирование привлекать. В противном случае она становится неустойчивой. У нас кредитный леверидж начинает расти слишком сильно. Если у компании условно собственный капитал в $100 тыс., а ей на проект нужно $10 млн, то привлечь такое большое плечо, как правило, у банков невозможно. Они просто не готовы кредитовать этот проект.

 

Поэтому для успешного развития компании нужно наращивать акционерно-рисковый капитал, который не нужно будет возвращать. Это создаст подушку безопасности и улучшит кредитоспособность.

 

Когда компания приходит в банк и говорит, что она сейчас на фондовом рынке поднимает $3 млн и инвесторы в нее верят, естественно, банковские институты легче пойдут на ее кредитование. Ведь они будут понимать, что у компании есть реальный капитал, которым она может гарантировать свои кредиты. Кроме того, банкиру будет намного проще принять решение, если он знает, что это публичная компания, у которой много инвесторов, в которую верит фондовый рынок. Грубо говоря, для компании, которая получила публичный статус, почти автоматически удешевляются кредиты.

 

На IPO в Казахстане могут быть востребованы только компании из определенных секторов, к примеру, горнорудного сектора? Иными словами, компании из каких еще ниш могли бы выйти на IPO, по-вашему?

 

Я думаю, что сильные интернет-проекты сейчас были бы хорошо восприняты рынком. И такие в Казахстане присутствуют. Недавно компания Chocolife.me, например, говорила о своих планах по выходу на IPO. Мы прекрасно понимаем, что сейчас рынок воспринял бы IPO Chocolife.me очень благоприятно.

 

А как насчет транспортно-логистических и продовольственных компаний?

 

Почти любой сектор сейчас открыт при условии, что те инвестиции, которые мы привлекаем, будут относительно небольшими, а компании реально будут обладать активами. Дело в том, что часто бизнес компаний из МСБ либо выстроен вокруг государства и слишком сильно зависит от каких-то государственных контрактов либо от своего ключевого акционера, уход которого может радикально повлиять на компанию. Это как раз не самый позитивный фактор. Зато когда компания действительно имеет диверсифицированный рынок сбыта и не сидит на одном государственном контракте, то есть умеет работать с конкурентным рынком, то это всегда большой плюс. Если компания имеет сильный менеджмент, а не только одного управленца, сильного в своей структуре, — это еще один большой плюс. Поэтому, будь то сельское хозяйство или другая отрасль, значения большого не имеет. Все зависит от самой компании.

 

Но все же некоторые отрасли в Казахстане не очень развиты.

 

Сельское хозяйство на самом деле — это сектор, который также находится в глобальной конкуренции. Поэтому какие-то проекты по выходу на IPO здесь тоже возможны. Дело не в отрасли, а в компаниях. В Казахстане навскидку я не вижу компании сельского хозяйства, которой было бы интересно выходить на фондовый рынок. Чего не скажешь о горнорудном секторе — там интересных компаний больше. Казахстанская фондовая биржа, в принципе, сейчас задумывается о запуске специального сектора именно для горнорудных компаний. Потому что в Казахстане достаточно много месторождений среднего размера. Мы тоже сейчас ведем переговоры с разными местными фондами прямых инвестиций и имеем в планах возможность выхода на IPO еще одной компании. Кстати, на сумму, ориентировочно похожую с АО «БАСТ». Подробности будут во второй половине этого года.

 

Хорошо. Какие именно компании заинтересованы в привлечении долевого финансирования? Как вы сказали, не всем это может быть интересно.

 

Есть некий сектор компаний, которые уже достаточно большие, чтобы добыча была рентабельная, но недостаточно интересные для поглощения со стороны больших компаний, таких как «Казахмыс». Таким компаниям достаточно сложно привлекать финансирование. Вот как раз этот слой нас и интересует. Здесь есть проекты, есть запасы, есть возможности, есть сильные партнеры, что немаловажно. Если разные фонды к ним приходят и вкладывают свои деньги, значит, в таких компаниях что-то есть.

 

Расскажите о зарубежном опыте. Как происходит вывод компаний из сектора МСБ на фондовый рынок в других странах, например, в России или Америке? Насколько это развито там?

 

В России есть ряд небольших компаний на Московской бирже. Не могу сказать, что это какая-то суперуспешная история успеха. Успешного опыта качественного инвестирования в МСБ, по большому счету, наверное, на постсоветском пространстве ни у кого нет. В России в свое время 10-15 компаний разместились и смогли привлечь акционерное финансирование. Акции многих из них росли в цене после размещения. Это уже хорошо. Безусловно, России до опыта США, которые за свою двухсотлетнюю историю вывели сотни тысяч малых компаний на биржу, еще далеко. Но это нормально. Не все сразу. К слову, размещение небольших компаний в России продолжается.

 

Вы когда-нибудь инвестировали в небольшую компанию, пусть вне Казахстана?

 

У нас был один интересный проект. Мы инвестировали в компанию, которая занималась производством кефира — типичная небольшая компания на бирже в США. Она принадлежала русским эмигрантам, приехавшим в США 30 лет назад, еще во время Советского Союза. Они основали компанию по производству кефира и замороженных йогуртов. Мы видели, как они развиваются. Хотя они были небольшой компанией, им удавалось активно наращивать свой рынок. Так, за 2-3 года выхода на биржу их акции выросли с 10 до 18 $. Для нас это был интересный кейс и пример того, как даже такой средний бизнес с небольшими оборотами может торговаться на бирже, имея стоимость в $100 млн.

 

Справка

 

АО «БАСТ» — горнорудная компания на этапе запуска добычи и обогащения медно-никелевой руды на месторождении Максут в Восточно-Казахстанской области. Компания завершает строительство флотационной фабрики с проектной мощностью 250 тысяч тонн руды в год. После запуска фабрики планируется производить около 1000 тонн меди в год, что подразумевает ежегодный доход в размере 5 млн долларов США. В 2013 году компания привлекла инвестиции фонда прямых инвестиций RCG Investment Advisor.

 

Тикер (KASE): BAST

Количество размещенных акций: 184 501

Количество размещаемых на IPO акций: 18 405 (10%)

Привлекаемый объем: 384 млн тг

Цена за акцию: 19 843—21 827 тг

Капитализация: 20—22 млн $

Целевая цена: 29 169 тг

Потенциал: 40%

 

Этим материалом совместно с Казахстанской фондовой биржей (KASE) мы открываем проект «Инвестиционная культура». Проект представляет собой серию материалов, которая поможет широко осветить тему инвестиций, доступным языком объяснить принципы инвестирования, предоставить полезную информацию и научить ею пользоваться потенциальных инвесторов, открыть бизнес-проектам новые возможности для поиска инвестиций.

Читать дальше

в издании РБК №3 (20) от 4 марта 2015

PDF, 5.34 Mb

  • Нравится

Комментарии к статье (0)

чтобы оставить комментарии.

Статьи по теме